В картинной галерее с 15 ноября действует выставка пейзажей трех авторов: Олега Михайловича  Чистякова, Максима Бальжинимаевича Ванданова, Валерия Павловича Кондакова.
 На выставке можно увидеть не только пейзажи севера Байкала, но и мест, далеких от него.
Каждая картина - как портал в другую реальность, созданный художником.
Приглашаем полюбоваться этой красотой. Кроме этого, можно будет сделать милые фото у зимней фотозоны прямо в выставочном зале.

Автобиография одного из авторов выставки - Олега Михайловича Чистякова:

Олег Чистяков

   Родился в 1937 году в городе Ленинграде. Когда через четыре года началась война, отца сразу же взяли в армию, и мы с матерью провожали на фронт, где он в первом же бою был убит. Мать, поверив разговорам о быстром окончании войны, не захотела отправлять меня неведомо куда, и я остался с ней в блокадном Ленинграде. Мать приносила землю, в которую вытек расплавленный сахар в складах, и это осталось в памяти как самое лучшее лакомство.

     Однажды соседка, стоя у маминого окошка, сказала матери: «Смотри, а вот тот дядька выживет – у него живая кошка есть.»

     С тех пор у меня к кошкам особенно трепетное чувство – ведь, они помогают людям выживать. Через год проложили железную дорогу через Ладожское озеро, и нас, целый эшелон маленьких ребятишек, отправили на Урал.

В дороге нас стали бомбить. У меня от голода началась куриная слепота, и с наступлением сумерек я переставал что-либо видеть.

      Помню, как на меня одели пальто и понесли на край насыпи, усадив в снег. Я долго сидел, ожидая, когда меня возьмут. Потом пополз в сторону криков и треска горящих вагонов. По дороге я перелез через лежащее на шпалах тело и вляпался во что-то липкое и очень горячее. Весь измазавшись в чужой крови, я дополз до вагонов, перепугав при этом всех. Потом меня обмыли и положили вместе с другими ребятами на нары в вагоне, где я проспал весь остаток пути в течении нескольких дней. Очнулся от скрипа полозьев по снегу – мы подъезжали к месту назначения.

     В уральском селе был организован детский сад для эвакуированных ленинградцев, в котором мне суждено было прожить одиннадцать лет. Там я закончил в 1952-м году семь классов (обязательный в то время образовательный уровень) и был направлен в ремесленное училище в уральский город Чебаркуль. Проучившись там два года, получил специальность фрезеровщика и отправился на военный завод возле города Юрюзань. На этом заводе я проработал четыре года и был призван служить на Военно-морской флот на Тихом океане. Перед самым моим отъездом я получил целый пакет писем от своей матери, которые она рассылала всюду, разыскивая меня. Мне было тогда 20 лет, а служили мы тогда на флоте четыре года. После двух лет службы отправился в отпуск к матери в Ленинград, которую не видел с пяти лет. А еще через два года службы после демобилизации стал жить в Ленинграде в семье с матерью и сестренкой, родившейся после войны. Там я закончил сначала художественное училище, а затем Ленинградский государственный университет (ЛГУ). Но работать по профессии историком мне не пришлось, поскольку от перенапряжения начались рецидивы со зрением, и я отправился вместе со строительным отрядом на БАМ 1977 году. Там у меня зрение восстановилось, и я стал писать картины о БАМе, участвовать в выставках. Сначала я жил в Северомуйске, а потом переехал в Нижнеангарск.

  На БАМе я работал сначала строителем в бригаде, потом перешел работать художником, а вечером преподавал в школе рабочей молодежи. Почти каждый год я приезжал из Северомуйска в Северобайкальск с картинами, чтобы участвовать в художественных выставках. В продолжении всего строительства БАМ у меня было несколько персональных выставок. В самом Северомуйске я участвовал во многих общественных мероприятиях, выступал с концертами. К каждому празднику я подготавливал стихи и читал их со сцены. В художественном вкусе оформлял многие здания: столовых, кафе, гостиниц. В горноспасательной части (ГСЧ) был горноспасателем. Некоторое время жил и работал на Кадаре в Амурской области на строительстве тоннеля.

Потом переехал жить в Нижнеангарск и работать в Бамтоннельстрое, откуда ушел на пенсию в 1993-м году.

    Сейчас написал философско-историческую книгу, которая вышла из печати в 2004 году. 

 

Валерий Павлович Кондаков https://valeriykondakov.com/https://valeriykondakov.com/ 

О художнике: Валерий Павлович Кондаков (псевд. Ewi Enk) родился в 1947 г. В 1978 г. окончил Дальневосточный институт искусств, факультет живописи в г. Владивостоке. Живет и работает в п. Нижнеангарск на севере Байкала. На сегодня не является членом Союза художников, не имеет ни званий, ни наград, ни судимости. В живописи работает в двух направлениях: 1) Человек как эстетически-философское, материализованное нашим временем создание. 2) Проявление архаики и современного влияния на коренные народы Сибири, взглядом эвенка.

На уроках рисования учитель физики ставил обычно графин и строго говорил: рисуйте! И все рисовали. В том числе и я. Однажды я в этом графине нарисовал портрет на корточках этого учителя физики. Получился он очень похожий. Но учителю физики не понравилось, он при всём классе демонстративно порвал на мелкие кусочки рисунок, и потом куда-то исчез. А вместо него появился учитель труда. Он ставил на стол табуретку и строго говорил: рисуйте! Я и учителя труда нарисовал маленьким, стоящим на табуретке с топором в одной руке, другой рукой он показывал на окно, в котором такой же похожий на него, учитель труда, тоже стоя на табуретке, показывал ему кукиш.

Через несколько дней меня привели к директору школы. Он держал в руках тетрадку и грозно кричал: это што, я спрашиваю?! Тетрадка — отвечаю. Нет, ты дурачка из себя не корчи! Это што, ещё раз спрашиваю!!! Тетрадка — отвечаю.

Но интересно вот что: с этого момента я вдруг почувствовал невероятное, необъяснимое, неземное — во мне начало просыпаться бурно, радостно, великолепнейшее чувство Художника. Я увидел бешеные глаза на выкате, почти без зрачков. Рядом — тень щупленькой, старой закалки учительницы, теребящей дрожащими пальчиками платочек, открывшиеся от этой сцены рты аудитории учителей… И незнакомое слово «Образы» — сверкнуло молниями в голове. И да. Так до сих пор я ищу и сотворяю образы.

«Интересно то, как художник выбирает тему для своей цели. Это может быть и поверхностно, и глубоко, и слащаво, сурово, на заказ... на подработку. Главное при этом не забывать, что вы имеете дело с искусством. Искусство же не терпит фальши. И еще, искусство не есть корзина, на которой можно таскать удовольствие, славу и ждать припеваючи, но отдаться искусству нужно честно. Тогда результат придет рано или поздно. Примерно в таком ключе я и работаю. Это мой принцип. Никого не осуждая, не завидуя, не ставя подножки.